Машина времени, Герберт Уэллс

Название: Машина времени

Автор: Герберт Уэллс

Жанр: Научная фантастика

Язык оригинала: Английский

Введение

Путешественник во Времени (будем называть его так) излагал нам некую замысловатую теорию. Его бледно-серые глаза сияли и искрились, а обычно бледное лицо пылало и оживлялось. В камине ярко пылал огонь, и мягкий свет электрических ламп в серебряных лилиях играл в пузырьках, вспыхивавших в наших бокалах. Наши кресла — его собственного изобретения — не просто служили нам сиденьями, а, казалось, ласкали и обволакивали нас. В воздухе витал тот особый уют послеобеденного часа, когда мысли свободно парят, не скованные строгими рамками. Вот как он излагал нам свою теорию, подчеркивая основные моменты костлявым указательным пальцем, а мы сидели и лениво любовались его увлеченностью этим новым парадоксом (как нам тогда казалось) и его изобретательностью.

— Внимательно следите за мной, — сказал он. — Мне придется опровергнуть одну-две идеи, которые считаются общепризнанными. Например, геометрия, которую вам преподавали в школе, основана на заблуждении.

— Не слишком ли смело с вашей стороны начинать с этого? — спросил Филби, рыжеволосый человек, любивший поспорить.

— Я не прошу вас принимать что-либо на веру без достаточных оснований. Вскоре вы сами признаете необходимое. Вам, конечно, известно, что математическая линия, линия, не имеющая толщины, не существует в действительности. Вам ведь это объясняли? Так же как и то, что не существует математической плоскости. Все это лишь абстракции.

— Совершенно верно, — подтвердил Психолог.

— Точно так же не может иметь реального существования и куб, обладающий только длиной, шириной и высотой.

— Позвольте с этим не согласиться! — воскликнул Филби. — Конечно, может существовать твердое тело. Любой реальный предмет...

— Большинство людей так думает. Но погодите минутку. Может ли существовать мгновенный куб?

— Не понимаю, — сказал Филби.

— Может ли куб, не имеющий длительности, существовать в действительности?

Филби задумался. — Ясно, — продолжал Путешественник во Времени, — что любое реальное тело должно иметь протяженность в четырех направлениях: оно должно обладать Длиной, Шириной, Высотой и... Длительностью. Но вследствие присущей нашей природе ограниченности, о которой я скажу позже, мы склонны упускать из виду это обстоятельство. В действительности существуют четыре измерения, три из которых мы называем тремя плоскостями Пространства, а четвертое — Временем. Однако существует тенденция проводить неверное различие между первыми тремя измерениями и последним, так как наше сознание движется в одном направлении вдоль последнего с самого начала и до конца нашей жизни.

— О-о, — пробормотал Очень Молодой Человек, тщетно пытаясь зажечь сигару о лампу. — Это... действительно очень ясно.

— И тем удивительнее, что это обстоятельство так часто упускают из виду, — продолжал Путешественник во Времени, слегка оживившись. — В действительности это и есть то, что подразумевают под Четвертым Измерением, хотя некоторые, рассуждая о нем, не отдают себе в этом отчета. Это просто иной взгляд на Время. Между Временем и любым из трех измерений Пространства нет иной разницы, кроме той, что наше сознание движется вдоль него. Но некоторые глупцы ухватились за неверную сторону этой идеи. Вы ведь слышали, что говорят о Четвертом Измерении?

— Я не слышал, — сказал Провинциальный Мэр.

— Дело вот в чем. Пространство, как полагают наши математики, обладает тремя измерениями, которые можно назвать Длиной, Шириной и Высотой, и всегда может быть определено тремя плоскостями, расположенными под прямым углом друг к другу. Но некоторые философствующие умы задавались вопросом: почему именно три измерения — почему не может быть еще одного направления под прямым углом к первым трем? — и даже пытались построить геометрию Четырех Измерений. Профессор Саймон Ньюком излагал это в Нью-Йоркском математическом обществе всего месяц назад. Вы знаете, что на плоской поверхности, имеющей только два измерения, мы можем изобразить фигуру трехмерного тела; точно так же они полагают, что с помощью моделей трех измерений можно было бы изобразить фигуру четырех измерений, если бы удалось овладеть перспективой этого явления. Понятно?

— Кажется, да, — пробормотал Провинциальный Мэр, нахмурившись и погрузившись в раздумье, шевеля губами, как человек, повторяющий про себя заклинание. — Да, кажется, я начинаю понимать, — сказал он через некоторое время, на мгновение прояснившись.

— Что ж, я не прочь признаться, что уже некоторое время работаю над этой геометрией Четырех Измерений. Некоторые мои результаты любопытны. Например, вот портрет человека в восьмилетнем возрасте, другой — в пятнадцать, третий — в семнадцать, четвертый — в двадцать три и так далее. Все это, очевидно, как бы сечения, трехмерные представления его четырехмерного существа, которое является чем-то неизменным и постоянным.

— Ученые, — продолжал Путешественник во Времени после паузы, необходимой для усвоения сказанного, — прекрасно знают, что Время — это всего лишь разновидность Пространства. Вот популярная научная диаграмма — запись показаний барометра. Вот линия, которую я провожу пальцем, показывает изменение атмосферного давления. Вчера оно было таким высоким, вчера вечером упало, затем сегодня утром снова поднялось и так плавно идет вверх до этого места. Неужели ртуть провела эту линию в каком-либо из общепризнанных измерений Пространства? Конечно, она провела такую линию, и мы должны заключить, что эта линия шла вдоль Измерения Времени.

— Но, — сказал Врач, пристально глядя на уголек в камине, — если Время действительно всего лишь четвертое измерение Пространства, почему же его всегда считали чем-то совершенно особым? И почему мы не можем двигаться во Времени так же свободно, как в других измерениях Пространства?

Путешественник во Времени улыбнулся. — А вы уверены, что мы свободно движемся в Пространстве? Вправо и влево, вперед и назад — да, мы можем двигаться достаточно свободно, и люди всегда так делали. Признаю, что в двух измерениях мы движемся свободно. Но как насчет движения вверх и вниз? Тяготение ограничивает нас в этом направлении.

— Не совсем так, — возразил Врач. — Есть же воздушные шары.

— Но до изобретения воздушных шаров, за исключением прыжков и неровностей почвы, у человека не было свободы вертикального движения.

— Все же они могли немного двигаться вверх и вниз, — заметил Врач.

— Гораздо легче вниз, чем вверх.

— Но вы не можете двигаться во Времени, вы не можете уйти от настоящего момента.

— Дорогой сэр, вот тут-то вы и ошибаетесь. Вот в чем заблуждается весь мир. Мы постоянно уходим от настоящего момента. Наше сознание, не имеющее материальной формы и измерений, движется вдоль Измерения Времени с постоянной скоростью от колыбели до могилы. Точно так же мы двигались бы вниз, если бы наше существование началось на высоте пятидесяти миль над поверхностью Земли.

— Но главная трудность вот в чем, — перебил Психолог. — Вы можете двигаться во всех направлениях Пространства, но не можете двигаться во Времени.

— В этом и заключается суть моего великого открытия. Но вы ошибаетесь, утверждая, что мы не можем двигаться во Времени. Например, когда я живо вспоминаю какое-нибудь событие, я возвращаюсь к моменту его совершения: я как бы отсутствую в настоящем, как вы говорите. Я на мгновение переношусь назад. Конечно, у нас нет пока возможности задержаться в прошлом, как нет такой возможности у дикаря или животного задержаться на высоте шести футов над землей. Но цивилизованный человек в этом отношении превосходит дикаря. Он может подняться вверх на воздушном шаре, и почему бы ему не надеяться, что в конце концов он сумеет остановить или ускорить свое движение вдоль Измерения Времени или даже повернуть обратно и двигаться в противоположном направлении?

— О, это уж... — начал было Филби.

— Почему бы и нет? — спросил Путешественник во Времени.

— Это противоречит здравому смыслу, — заявил Филби.

— Какому именно? — поинтересовался Путешественник во Времени.

— Можно с помощью логики доказать, что черное — это белое, — сказал Филби, — но вы никогда меня не убедите.

— Возможно, — согласился Путешественник во Времени. — Но теперь вы начинаете понимать цель моих исследований в области геометрии Четырех Измерений. Давным-давно у меня мелькнула смутная догадка о машине...

— Для путешествий во Времени! — воскликнул Очень Молодой Человек.

— Которая будет двигаться в любом направлении Пространства и Времени по воле управляющего ею.

Филби ограничился смешком.

— Но у меня есть экспериментальное подтверждение, — заявил Путешественник во Времени.

— Это было бы чрезвычайно удобно для историков, — предположил Психолог. — Можно было бы отправиться в прошлое и проверить общепринятую версию битвы при Гастингсе, например!

— А вы не думаете, что вы привлекли бы к себе внимание? — спросил Врач. — Наши предки не отличались терпимостью к анахронизмам.

— Можно было бы изучать греческий язык из уст самого Гомера и Платона, — подумал вслух Очень Молодой Человек.

— В таком случае они наверняка завалили бы вас на экзамене. Немецкие ученые так усовершенствовали греческий язык.

— А еще есть будущее, — сказал Очень Молодой Человек. — Только подумайте! Можно вложить все свои деньги, оставить их расти под проценты и отправиться вперед!

— И обнаружить общество, — добавил я, — построенное на строго коммунистических началах.

— Какие дикие фантазии! — начал Психолог.

— Да, мне так и казалось, и потому я никому не говорил об этом, пока...

— Экспериментальное подтверждение! — воскликнул я. — Вы собираетесь подтвердить это на опыте?

— Опыт! — воскликнул Филби, у которого уже устала голова.

— Во всяком случае, покажите нам ваш опыт, — сказал Психолог, — хотя все это, конечно, чепуха.

Путешественник во Времени окинул нас улыбкой. Затем, все так же улыбаясь, засунув руки в карманы брюк, он медленно вышел из комнаты, и мы услышали, как его шлепанцы зашлепали по длинному коридору в сторону лаборатории.

Психолог посмотрел на нас. — Интересно, что у него там?

— Какой-нибудь фокус, — сказал Врач, и Филби попытался рассказать нам о фокуснике, которого видел в Бёрслеме, но не успел он закончить введение, как вернулся Путешественник во Времени, и рассказ Филби оборвался на полуслове.